Тепловизор в музыкальной индустрии: как увидеть тепло

Развитие инструментов для создания визуальных эффектов давно формирует внешний вид музыкальной культуры. Они не только поддерживают айдентику артистов, но и часто помогают аудитории переосмыслять восприятие их звучания. Психоделический дисторшн 60-х, fisheye-линзы хип-хопа 90-х, глитч-эстетика гиперпопа — каждая эра и жанр привносит свой визуальный код, который становится бенчмарком для последователей. Но существуют и такие визуальные приёмы, которые не закреплены ни за каким жанром, и одинаково применяются в музыке разных стилей. В каждой из них приём раскрывается по-своему и транслирует разные смыслы.

21 сентября 2018 года выходит четвёртый студийный альбом техасской группы Brockhampton — iridescence. На обложке — неизвестная беременная женщина, запечатлённая с помощью тепловизора. Коллектив никак не комментировал значение этого изображения, из-за чего фанаты строили собственные догадки насчёт заложенных смыслов. Появилось мнение, что таким образом группа заявляет о «перерождении» после недавнего ухода одного из основателей Brockhampton, Амира Ванн.

Хоть коллектив и получил порцию критики за обложку с беременной женщиной, слушатели остались в восторге от термографической палитры изображения. Тепловые градиенты, включающие красные, пурпурные и желтые оттенки отражают наполнение альбома. Подход группы стал экспериментальнее, звук — ярче и насыщеннее. Эстетика тепловизора перекликается с содержанием: Brockhampton уделили большое внимание технической стороне записи.

Этот пример служит отправной точкой для более широкого исследования эффекта тепловизора как визуального языка в музыкальной индустрии. Основа технологии заключается не в стилизации или искажении, а в обнаружении реальных физических данных — тепла тела, интенсивности движения. Cочетание документальной точности и абстрактной цветопередачи придаёт термальной визуализации необычную двойственность: она одновременно технологичная и научная, но удивительно эмоциональная.

Основная гипотеза данного исследования заключается в том, что термальная визуализация является значимым инструментом в современной музыкальной индустрии. Она передаёт атмосферу, окрашивает привычную картинку в «тепло», визуализирует энергию тела, создаёт новые формы эмоционального выражения, делая продукт более «физическим» или интимным.

Цель данного материала — на основе примеров видеоклипов и обложек разных эпох и жанров проследить развитие термальной визуализации, проанализировать технические и эстетические качества, разные подходы и смыслы использования этой технологии.

Исследование структурировано исходя из характера и значения использования тепловизорной съёмки в музыкальной индустрии:

1. Изобретение технологии
2. Спектр изменённого восприятия
3. Температура эмоций
4. Средство выразительности
5. Игра с теплом
6. Порог между мирами
7. К истоку технологии
8. Заключение

Принцип работы тепловизора заключается в улавливании инфракрасного излучения объектов, которые открыл астроном Уильям Гершель в 1800 году, и преобразовании его в видимое изображение. На дисплее термограмма отображает более тёплые области яркими цветами (красный, оранжевый, жёлтый) и холодные — тёмными (голубой, фиолетовый). В 1950-е годы в США появились первые тепловизоры на основе болометров. Устройства были громоздкими и требовали сложного охлаждения. Со временем технология развивалась, а качество изображений становилось лучше, и в 1970-е годы были разработаны первые тепловизионные камеры для наблюдения температуры в реальном времени, которые стали использоваться в военных и гражданских целях.

Одним из первых в поп-культуре съёмку на тепловизор использовал режиссёр Джон Мактирнан в 1987 году. Для «Хищника» с Aрнольдом Шварцнеггером он использовал камеры компании FLIR, специализирующихся на термографии, для имитации теплового зрения Хищника.

Артисты пытаются перенять технологии термографии, которые развиваются в кинематографе (в блокбастерах и документалистике) и телевидении (тепловизоры широко используются например в передачах о дикой природе на National Geographic). Но оборудование, необходимое для такой съёмки стоит дорого и доступно не для всех. Поэтому режиссёры начинают компенсировать отсутствие аппаратуры своими техническими навыками.

Клип группы Super Furry Animals 2001 года показывает пару в ночном Нью-Йорке. Видео выполнено в стиле термографии, но на самом деле является компьютерной графикой. Представленная история переносит в психоделическую реальность с вечеринками на крыше и взрывающимся вертолётом.

Попытки передать эффект тепловизора в музыкальных видео были и ранее. В клипе 1992 года американского коллектива Grateful Dead есть психоделические эксперименты с разными визуальными эффектами, в том числе и тепловыми свечениями.

Есть примеры, когда изменение восприятия выражено не через приёмы психоделического жанра, а через внутренние переживания героя — влияние любви, эмоциональные разрывы или жизненные трудности.

В некоторых клипах эффект используется как способ показать эмоциональное состояние человека. Художники и режиссёры обращаются к тепловому зрению, чтобы вытащить наружу скрытые переживания, тревоги, уязвимость и ложные маски, которые видны только под этим «инфракрасным светом».

Режиссёр Хиро Мураи использует термальное изображение как метафору внутренней глухоты и эмоционального притупления Эрла. Гулкая, бесформенная картинка подчеркивает депрессию и отчуждение. Мураи в интервью говорил, что хотел «стереть грань между человеком и пространством», оставить только тепло — как единственный признак того, что герой ещё жив.

Клип Жарон Альбертин в 2007 году снял одно из наиболее ранних музыкальных видео с тепловизором. Альбертин использует инфракрасную картинку как визуализацию внутренней боли — в кадрах нет спецэффектной избыточности, только минимализм и хрупкость. Тепло тела превращается в световое пятно, которое будто пытается удержаться в темноте.

Подобную цель преследует и Дрю Кокс в работе The Cell для французского коллектива Gojira, которая была номинирована на премию Грэмми. «Мы использовали камеры Merlin. Это видео о контрасте, свете и тьме. Песня была написана группой после смерти их матерей, а я недавно потерял младшую сестру и пытался осмыслить жизнь и смерть, а также то, что даже в самой разрушительной утрате есть своя красота. Я хотел, чтобы видео отражало как боль, так и красоту утраты. Свет и тени.»