Концепция
После Октябрьской революции новой советской властью стал преподноситься раннее угнетаемый класс общества - пролетариат.
В условиях только что окончившейся Первой Мировой войны и двух революций, Гражданской войны, голода и массовой нищеты, этому слою населения, конечно же, было не до моды.
Однако, утопичность мышления, актуальная в ту пору, позволяла художникам, скульпторам, графикам конструировать идеализированный и обобщённый образ советского рабочего, где немаловажную роль играл внешний облик, наполненный маркёрами классовой принадлежности - элементами одежды.
Пименов Ю. И. Даешь тяжелую индустрию! 1927
«Кто был ничем, тот станет всем.» — Строки из «Интернационала» (1871, Эжен Потье) в пер. А. Я. Коца
Поэтому визуальными источниками исследования выступили не документальные фотографии или иллюстрации обычных журналов мод, которые запечатлевали действительность и настоящий быт населения. Они были нейтральны по отношению к трактовке образа пролетариата.
Художники черпали характерные элементы из реальной повседневности (кепки, косоворотки, простые брюки, платки), но, подчиняясь идеологическому заказу и утопической эстетике авангарда, превращали их в инструмент героизации и типизации. Таким образом, рабочий костюм на полотнах и в скульптуре становится не столько предметом гардероба, сколько визуальной метафорой классовой принадлежности, физической силы и исторической миссии пролетариата. То же самое можно сказать и про феномен прозодежды, которая стала дополнительным материалом в исследовании, так как её тоже разрабатывали художники, транслируя идеализированный образ пролетариата.
Николаев В.П. , (модель, 1928 год), автор росписи - И.И.Ризнич, ЛФЗ. Смычка города с деревней. 1929
Филонов П. Н. Ударницы на фабрике «Красная заря». 1931. ГРМ
Хронологические рамки отобранных для анализа произведений – 1920-1930-е года, так как довоенное советское искусство содержало в себе наибольшую концентрацию образов пролетариата, тогда как уже после Великой Отечественной войны «фокус» советского искусства включал в себя уже куда больше разнообразия в изображении и других слоёв населения. 1920-1930-е ещё являются временем формирования соцреалистического стиля, для которого образ рабочего стал центральным.
Опорными текстовыми источниками выступили, как литература по истории костюма, так и основные и авторитетные сборники по истории советского искусства. Предложенный список представляет собой сбалансированную и репрезентативную источниковую базу для визуального исследования. Он покрывает три необходимых уровня в изучении темы: историко-культурный контекст, теорию и практику проектирования пролетарского костюма, теоретический дискурс об искусстве 1930-х годов и классическая эволюционная модель искусства того времени.
Данько Н. Я., ЛФЗ. Фигура милиционерки. 1925
Гипотеза исследования заключается в следующем: произведения советских художников 1920-х годов отражали не столько реальную, бытовую одежду пролетариата, сколько её квинтэссенцию — обобщённый, почти символический образ «костюма нового человека».
Рубрикация материала выполнена по трём направлениям: основная веха – это образ пролетариата с подспудными главами, посвящёнными прозодежде а также спортивной униформе.
Метод анализа — иконологический в сочетании с элементами семиотики костюма. Текст служит не просто подписью к иллюстрации, а инструментом «расшифровки» тех идеологических кодов, которые художники закладывали в детали одежды своих героев.
Пролетариат
Белкин В. П. В модельном цехе. 1930-е гг. ООМИИ им. М. А. Врубеля
Мужские образы в советском искусстве сквозят кепками. Такой головной убор помогает идентифицировать классовую принадлежность мужчины, даже если он изображён погрудно (как в бюсте Шадра) без какой-либо другой одежды.
Закатанные рукава, мешковатый крой, фартуки - всё это указывает на занятость персонажей в труде и как бы на пренебрежение модой, но в то же время создаёт запоминающийся стилистически образ.
Шадр И. Д. Рабочий с молотом. 1922
Молоты и другие инструменты, являясь прикладными предметами, в то же время во многих произведениях будто становятся частью модного высказывания, так как выполняют ту же функцию, что и кепки с косынками — демонстрируют пролетарскую природу героя и несут политический контекст (молот изображался на гербе СССР)
Самохвалов А. Н. 1. Женщина с напильником. 1929 2. Товарищ Степанов — кузнец коммуны «Ленинский путь». 1931
Самохвалов А. Н. Ткацкий цех. 1929. ГРМ
Косынки для женщин-работниц были эквивалентом мужских кепок. А их яркий красный цвет - настоящим политическим высказыванием о начале новой эры для пролетариата.
Свободные одежды, юбки вровень с коленом - всё это говорило о наступившей женской эмансипации и её равенстве с мужчинами на рынке труда.
1. Пахомов А. Ф. Работница (Портрет в голубом). 1927 2. Штеренберг Д. П. Откатчица. 1930-е
Симонович-Ефимова Н. Я. Метростроевки. 1934
Фигура метростроевки стала очередным этапом эмансипации женской пролетарской моды. В силу сложности условий труда, они носили рабочие брюки, высокие сапоги и объёмные куртки, что до революции практически невозможно было представить на женщине.
Дейнека А. А. Текстильщицы. 1927
"Текстильщицы" Дейнеки особенны одной запоминающейся деталью - работницы в цеху изображены абсолютно босыми. Такого в реальной жизни совершенно не могло быть - это просто небезопасно. Из чего следует вывод, что художник намеренно лишает героинь своей картины обуви.
Напрашивается вывод, что это ещё один кирпичик в формировании образа идеального рабочего и в целом идеи труда. Дейнека переосмысляет этот процесс, как акт невероятной чистоты, первозданности человеческой природы. На это работает и белоснежность одеяний тестильщиц.
Прозодежда
Отдельную подглаву о пролетариате хочется посвятить явлению прозодежды.
С приходом революции многие художники, как Александр Родченко, Варвара Степанова, Любовь Попова и другие трудились над созданием специализированной одежды для рабочих, которая бы была комфортна им и утилитарна в использовании.
Модель в разработанной Варварой Степановой прозодежде, 1923
Этих творческих деятелей объединило течение конструктивизма, чьим лозунгом в разработке и дизайне одежды стала тетрада «экономика-эргономика-экология-эстетика».
Помимо комфортна в носке, засчёт натуральных материалов и общей конструктивисткой геометризированной эстетики, прозодежда была призвана решить проблему бедного населения и максимально продлить время использование одежды. Это отражает приведённую выше тетраду.
Родченко А. М. Эскизы комбинезона инженера-конструктора, 1923 и сам Александр Родченко в сделанном им производственном комбинезоне
Татлин В. Е. Эскиз костюма-нормаль, 1924 и сам Владимир Татлин в сделанном им костюме
1-5. Степанова В. Ф. и Попова Л. С. Орнаменты для текстиля. ок. 1924
В конструктивистские изыскания входила и практика создания орнаментов для тканей, из которых затем создавалась одежда. Яркие, ритмичные рисунки привносили новую эстетику в быт пролетариата, но стоит отметить, что в отличие от прозодежды эти нарядные орнаменты носились не на производстве, а в повседневной жизни и даже в праздничной обстановке.
