РУБРИКАТОР
— концепция
— основная часть: 1. комитас народный — 30-е и 40-е годы 2. комитас монументальный — 50-е годы 3. комитас мифический — 60-е годы 4. комитас светящийся — 70-е и 80-е годы 5. комитас тоскующий — 90-е годы
— заключение
концепция
Комитас — одна из центральных фигур армянского мира. Это человек, сохранивший значительную часть армянского музыкального наследия и сильно повлиявший на армянскую культуру в целом. Его судьба печальна — как и судьба большинства армян, живших на территории Османской империи в начале 20-го века. И тем ярче светит его звезда для армян, живущих сегодня.
Считается, что когда-то Комитас своей деятельностью по увековечиванию народной песни объединил Армению крестьянскую, деревенскую и Армению аристократическую, городскую. И тем самым укрепил характерное для армян стремление к своей культуре и корням среди интеллигенции. Именно благодаря Комитасу об армянской музыке услышали за пределами Армении — в Париже, а затем и в остальном мире.
А в настоящее время в каждом уголке нашей планеты есть своя армянская община, большая ли, маленькая ли. И везде находятся армяне, готовые разносить свою культуру по всему земному шару, подобно тому, как этим занимался Комитас.
Комитас с хором «Гусан» в саду зимнего театра «Пити Шан», Константинополь, 1913
Я выбрала эту тему для исследования потому, что меня интересует, каким изображали Комитаса портретисты разных десятилетий. Годы идут, меняются даже названия страны, происходят войны и конфликты, а образ Комитаса неизменно находит своё место в армянском искусстве.
В этом исследовании я хочу ответить на несколько вопросов: каким пишут Комитаса разные художники? Почему образ Комитаса трактуется по-разному в зависимости от года написания? Как это связано с происходящим тогда в стране?
Комитас Вардапет в семинарии Геворкян, Вагаршапат, 1900
Моя гипотеза заключается в том, что образ Комитаса тесно связан с образом самой Армении в общественном сознании. Когда Армения развивается и восстанавливается — Комитас изображается вдохновлённым и в «потоке» с музыкой и природой. Когда Армения страдает и слабеет — Комитас на картинах теряет цвета и всё чаще изображается сходящим с ума от горя, болеющим после событий 1915 года. Когда Армения обращается к религии в поиске стабильности — Комитас принимает облик святого. В своём исследовании я нахожу примеры и подтверждаю эту мысль.
Исследование я структурировала по принципу коннотации, с которой изображали Комитаса на полотнах. Затем я заметила, что чаще всего настроения картин одних и тех же десятилетий совпадали или были схожи. Поэтому главы одновременно и про тематику картин, и про годы их написания.
Комитас и Фанос Терлемезян
Я использую картины, написанные уже после смерти Комитаса. Картины современников, скорее отражают личность и характер Комитаса, таким образом, как их видели сами художники, часто знакомые с ним лично или вовсе его друзья, как Фанос Терлемезян и Егише Тадевосян. А мне хотелось бы исследовать, так сказать, наследие Комитаса — то, как его воспринимают и оценивают люди спустя года и десятилетия.
комитас народный — 30-е и 40-е годы
Считается, что картины 1930-х и 1940-х годов положили начало традиции разного изображения Комитаса разными художниками. Однако стоит отметить, что многие работы этих и последующих лет следовали «линиям» двух художников — Егише Тадевосяна и Фаноса Терлемезяна. Они ещё при жизни Комитаса, будучи его друзьями и спутниками, начали писать картины с одинаковым названием — «Музыковед Комитас». Терлемезян дописал картинку в 1913 году, за два года до трагедии, а Тадевосян в 1935 году, уже в год смерти Комитаса.
Егише Тадевосян. «Музыковед Комитас», 1935 // Фанос Терлемезян. «Музыковед Комитас», 1913
Картина Тадевосяна показывает Комитаса в крестьянском окружении, одухотворённого, в белых одеждах. Картина же Терлемезяна отсылает к ашугской культуре (ашуг — народный певец-поэт, этакий бард): тут и кувшин с красным вином, и инструмент — саз, и ковёр, на котором и сидит Комитас.
В дальнейшем, особенно в 60-70-х годах, армянские художники писали портреты Комитаса, опираясь на одну из картин как на референс, и чаще всего это был портрет кисти Тадевосяна. А среди художников 30-40-х мне хочется выделить работы Веик Тер-Григорян, Оганеса Зардаряна и Ерванда Кочара.
Веик Тер-Григорян. «Песня Саят-Новы», 1947 // «Портрет Саят-Новы», 1962
Веик Тер-Григорян была знаменита портретами другого великого музыкального деятеля Армении — Саят-Новы. Интересно, что Саят-Нова как раз был ашугом в средние века. И, конечно, такая художественная сосредоточенность на средневековом романтическом поэте повлияла на восприятие портретов Комитаса кисти этой художницы. Поэтому мне кажется, что Тер-Григорян склонялась в сторону Терлемезяновских канонов.
Веик Тер-Григорян. «Комитас за собиранием народных песен» // «Комитас», 1946
В частности первый портрет напоминает по стилистике средневековые армянские миниатюры. Ещё эта картина необычна тем, что здесь Комитас не в отдалении от толпы, слушает и записывает. Здесь его встречают как дорогого гостя, уже знаменитого и важного человека.
Далее мы увидим, что Тер-Григорян чуть ли не единственная изобразила Комитаса среди людей, не сосредоточенного на музыке и вдохновении.
Оганеса Зардаряна можно назвать одним из самых «плодовитых» на портреты Комитаса художников тех лет. За четыре года он написал три полноценных портрета. И на примере первого и последнего портретов виднее всего, как развился образ Комитаса в его творчестве.
Оганес Зардарян. «Комитас в Эчмиадзине», 1947 // «Комитас», 1951
Если на первой картине Комитас выглядит благородно и сдержанно, ещё чуть-чуть и напыщенно, то на второй образ Комитаса наполнен мыслями, отнюдь не беспечными. На обоих портретах изображён рояль, но на втором написан настоящий рояль Комитаса, — настолько Зардарян хотел соблюсти историчность — и этот рояль, инструмент считывается как дань уважения канонам Терлемезяна.
Также важно отметить, что на первом портрете Комитас изображён в своей церковной одежде — белом подряснике и накинутой рясе. Тем не менее, эта церковность не считывается, что можно объяснить напряжённым отношением к вере во времена СССР. На втором же портрете Комитас одет в халат, уже не имеющий связи с религией, но отдалённо напоминающий восточные ковры.
Интересно и то, что на первой картине Комитас как бы находится на возвышении (что, вообще-то, невозможно в Эчмиадзине — это равнинная местность), а на второй — горы, которые видно из окна, явно выше. Горы это один из символов Армении, и это добавляет к армянскому чувству зрителя, но ненавязчиво и неоднозначно.
Оганес Зардарян. «Комитас за работой», 1948
На картине же, что была между ними образ Комитаса будто в переходной стадии — на нём уже халат, а не ряса; окно исчезло, вместо него часть панно Егише Тадевосяна «Джан-голюм», отсылающего к одноимённой народной песне; сам Комитас выглядит вдохновлённым, он работает. И рояль всё ещё тут, но теперь Комитас с ним взаимодействует. Из-за всего этого картина ещё больше пересекается с картиной Фаноса Терлемезяна.
