Вопрос и гипотеза исследования
Почему современное искусство так полюбило заводы?
Почти в каждом крупном городе есть пространство с похожей историей. Когда-то тут работало производство, шумели станки, делали бумагу, текстиль, сталь или алкоголь. Сегодня проходят выставки, работают художники, мастерские, образовательные программы и арт-резиденции.Таких мест много в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Пекине, Мадриде, Лондоне, Лиссабоне, Эссене и десятках других городов мира.
Tate Modern, London
Арт-квартал 798 в Пекине
Почему именно такие пространства облюбовало искусство?
Первое объяснение лежит на поверхности: художникам нужны большие дешевые помещения, а после закрытия производств именно заводы оказались наиболее доступными. Но если причина только в этом, почему аналогичную судьбу не разделили, например, офисные или жилые здания? Что такого в индустриальном пространстве, что оно почти повсеместно стало новым местом искусства?
«Выставка-интервал» в ЦТИ «Фабрика» (2017)
Я задалась этим вопросом, работая над выставкой «Стадия: коробка» в ЦТИ «Фабрика».В моем проекте история выставочной площадки была частью художественного высказывания: бывшая бумажная фабрика продолжала что-то производить, хотя производство давно остановилось. Последних 20 лет вместо бумаги пространство выпускало искусство, выставки, исследования и новые художественные практики. А теперь словно размышляет: что производить дальше?В этом контексте «Фабрика» - часть гораздо более широкого процесса. Во второй половине XX века искусство стало покидать привычные институции и осваивать бывшие промышленные территории. Вместе с новыми пространствами менялись и сами художественные практики. Завод оказался не просто удобной площадкой для искусства, а средой, в которой оно смогло развиваться по-новому.
В исследовании я рассматриваю российские и зарубежные примеры ревитализации промышленных территорий, чтобы понять, почему именно заводы и фабрики стали одними из главных пространств современного искусства.
Меня интересуют не отдельные арт-кластеры, а то, что их объединяет.Возможно, искусство переехало на заводы не потому, что они опустели, а потому, что в какой-то момент именно здесь оказалось место, лучше всего отвечающее новым запросам искусства на его создание, показ и обсуждение.
Когда искусству стало мало музея
История превращения заводов в художественные пространства началась в странах Европы и Северной Америки во второй половине XX века. Здесь почти одновременно встретились два процесса: искусство искало новые формы и пространства, а города — новую жизнь для пустующих промышленных территорий.Музей еще оставался главным пространством искусства, но постепенно переставал быть единственным. Художники все чаще создавали произведения, которые было невозможно представить в традиционном выставочном зале. Появлялись масштабные инсталляции, site-specific проекты, перформансы и произведения, существовавшие только в определенном месте и времени. Пространство перестало быть фоном и стало частью художественного высказывания.На фото: Suzanne Harris, Flying Machine, 1973.
Гордон Матта-Кларк. «Коническое пересечение», 1975
В это же время Европа и США переживали деиндустриализацию. После Второй мировой войны производство постепенно переносили на окраины, в регионы с более дешевой рабочей силой или в другие страны, а многие предприятия вовсе закрывались. После них оставались огромные пустующие фабрики, электростанции, склады и порты.Поначалу эти здания воспринимались как проблема. Но в 1960–1970-х художники начали осваивать такие пространства, и постепенно они стали оживать.
Фабрика как искусство
В 1964 году Энди Уорхол открыл в Нью-Йорке студию The Factory. Она располагалась в бывшем промышленном лофте — большом открытом помещении, которое раньше использовалось под небольшие производства.Название было выбрано не случайно. В «Фабрике» искусство создавалось почти как на производстве. Здесь одновременно печатали шелкографии, снимали фильмы, записывали музыку, работали фотографы, дизайнеры и ассистенты. Сам Уорхол говорил, что хотел бы быть машиной, а произведения искусства все чаще рождались не в одиночной мастерской художника, а в коллективной работе.На фото: Энди Уорхол в студии The Factory, Нью-Йорк, 1960-е годы.
Искусство все чаще обращалось к идее производства — сначала как к метафоре, а затем и как к реальному пространству. Скоро бывшие фабрики и заводы станут для него новой средой существования.
Почему заводы подошли искусству
Высокие потолки
Промышленные здания проектировались для станков и производственных линий. Их масштаб неожиданно оказался идеальным для больших инсталляций, скульптуры и произведений, которым было тесно в музейном зале.
Tate Modern Turbine hall
Открытое пространство
В заводских цехах почти не было внутренних перегородок. Пространство можно было свободно перестраивать под выставки, мастерские, перформансы или образовательные программы.
The gas-works «Westergasfabriek», Amsterdam
Низкая аренда
После закрытия производств многие промышленные здания годами пустовали. Они были слишком специфичны для нового бизнеса, поэтому аренда оставалась низкой. Именно это позволило художникам занимать большие пространства, которые в обычном городе были им недоступны. Они сами проводили водопровод, строили кухни, прокладывали электричество. Фактически достраивали бывшие фабрики собственными руками.
James Mellon, Dorothy and Chaim Koppelman at 498 Broome Steet in 1974. Photo by Louis Dienes, courtesy of Soho Memory Project
Эстетика
Кирпичные стены, металлические конструкции, следы механизмов и заводское оборудование стали частью художественного языка. Индустриальная архитектура приобрела собственную выразительность в художественном пространстве.
The Ruhr Museum in Zeche Zollverein by OMA
Сохо
Одним из первых примеров, когда искусство обосновалось в промзоне, стал район Сохо в Нью-Йорке. Именно здесь в 1960-х годах сложился сценарий, который позже повторился во многих странах мира: сначала в бывшие промышленные здания пришли художники, затем — галереи, а потом вокруг них сформировалась новая культурная среда.
К концу 1960-х годов район Сохо в Нью-Йорке переживал упадок. Когда-то здесь работали текстильные и производственные предприятия, но после деиндустриализации многие здания опустели. Просторные лофты почти не интересовали рынок недвижимости, и их начали занимать художники. Часто нелегально, поскольку жить в промышленных зданиях запрещалось.
Trash Fire Burning on Crosby Street, SoHo, Manhattan, 1979
