Взаимовлияние джазовой культуры и визуальных искусств

• В обложке использовано произведение Хуана Миро «Ноктюрн», 1935

В начале двадцатого века, когда джазовая музыка завоевывала все большую популярность, к ней потянулись люди самых разных сфер деятельности. Это было действительно уникальное по своей сути явление — понятие «джаз» охватывает огромное количество стилей и жанров музыки: От ragtime до swing, от cool доfusion, практически для каждого найдется свой стиль джаза.

Как однажды сказал джазовый музыкант и композитор Уинтон Марсалис:

В этой фразе прослеживается неразрывная связь между музыкой и визуальным искусством. Музыканты стремятся к визуальному опыту, который может быть получен при взаимодействии с произведением искусства, а художники — к эмоциям, получаемым от звукового исполнения.

История знает много примеров художников, влияющих на музыкантов и наоборот, однако именно джаз существенно повлиял на многие аспекты современного искусства.

Но начать разговор о взаимовлиянии джазовой культуры и визуальных искусств на примере трех художников я хочу с краткой истории музыканта Дюка Эллингтона и художника Хуана Миро.

Немногим известен факт дружеских отношений этих двух талантливых людей. Абстрактность, красочность и алхимия — это то, что объединяло их художественные практики.

Началось все однажды летом 1966 на юге Франции, их встреча была организована Норманом Гранцем, который работал над документальным кинопроектом под названием «Импровизация», начатым еще в 1950-е. Гранцу пришла в голову идея пригласить Эллингтона и его трио поиграть в саду Фонда Магта , где по счастливой случайности, работал Миро. Обоим было сложно понять друг друга из-за языкового барьера, но они показали друг другу свои работы. Миро взял Эллингтона на экскурсию по его скульптурам; Эллингтон и его трио сыграли для Миро пару номеров. Так была рождена импровизация Blues for Joan Miro.

Одной из важнейших характеристик джазовоявляется ритм. К нему относятся синкопа, полиритм, триоль и swung восьмая нота. Синкопа — это серия нот, представленных вне такта. Примером может служить восьмая нота, за которой сразу же следует четверть ноты и еще одна восьмая нота.

Музыкальный раздел, содержащий полиритмы, включает в себя два или более независимых ритма. Это может быть представлено в виде соло из трех или шести нот, в то время как остальные участники играют в ритме 4/4. Этот прием восходит к традиционной африканской музыке, в которой барабанщики отбивали невероятно сложные полиритмы.

Триоль — группа из трёх нот одинаковой длительности, в сумме по времени звучания равная двум нотам той же длительности. Возникает в случае, когда временноjй интервал, в текущем размере занимаемый двумя нотами, необходимо разделить на три равные части.

Swung восьмая нота — распространенная, хотя и не обязательная черта джазовой музыки. Чтобы исполнить свинг восьмой ноты, игрок удлиняет первую восьмую ноту и укорачивает вторую. Математически это означает, что первая восьмая нота будет равна длине двух нот в восьмой ноте триоли, а вторая восьмая нота — длине третьей.

Джаз отличается от традиционной музыки тем, что даже в гармонической структуре присутствует аспект импровизации. Исполнители могут свободно добавлять дополнительные аккорды, основываясь на своем опыте и желании. Выбор, который делают исполнители таким образом, увеличивает сложность любого произведения.

В основном джаз определяется его импровизационной природой. По мнению джазового критика и историка музыки Теда Джоя, «импровизация и сегодня остается наиболее характерным элементом джазового исполнения».

Биография Пита Мондриана свидетельствует об интересе к джазовой музыке с самого начала его становления. Для него была важна музыка его времени, а с появлением американских джазовых групп в Европе (около 1919–1920) Мондриан обрел вдохновение.

Хотя у него не было серьезного музыкального образования, художник наслаждался джазом и ценил свободу этой музыки. Позже Мондриан понял, что «внезапность и прерывистость», которыми он наслаждался в американском джазе, называются синкопой.

Именно интерес к буги-вуги, а также атмосфера быстрого и пестрого Нью-Йорка привели к созданию двух его последних работ: «Буги-вуги на Бродвее» и «Победа буги-вуги». Цвета и ритм отсылают как к джазу, так и к Нью-Йорк. На Мондриана оказали большое влияние «мигающие огни и неоновые трубки Таймс-сквер и Бродвея, потоки и движение транспорта, и пронзительные звуки клаксонов».

Известный графический дизайнер Пола Шер называет «Буги-вуги на Бродвее» «абстрактной картой Манхэттена». Хотя Мондриан не был американцем, его произведение отражает американский дух, музыку и город.

Интересным примером работы современного музыканта с наследием Мондриана является Джейсон Моран. Его музыка исследует и расширяет свойства джаза, а его выступления носят театральный характер.

Поместив изображение «Буги-вуги на Бродвее» перед глазами, он садится за пианино и «играет произведение искусства», как если бы это была партитура.

Если Пит Мондриан демонстрировал влияние музыки на протяжении всей своей карьеры, то Анри Матисс показал музыкальное влияние только в одной из последних серий под названием «Джаз».

Его хроматические импровизации в знаменитой декупажной серии показывают важность цвета для неповторимой природы джазовой музыки. Эта работа не только вывела «вырезанную бумагу» на уровень самостоятельного художественного средства, но и символизировала поиск цветовых инноваций на протяжении всего его художественного пути.

Изначально темой работы был цирк, но по мере работы Матисс понял, что специфика его процесса связана с импровизацией, и так появилось название «Джаз». Первым шагом в процессе работы художника было раскрашивание больших листов акварелью. Затем он вырезал из бумаги формы и располагал их по-разному, пока не «добивался гармоничного сочетания чистых цветов».

Матисс должен был переделывать эти работы снова и снова, подобно тому, как джазовый исполнитель изменяет одну и ту же мелодию в ходе импровизации. Об этом опыте художник сказал:

Баланс цвета и пространства во всей серии Матисса — это повторяющийся пример импровизации в музыкальной композиции.

Он сказал: «Недостаточно красиво разместить цвета друг с другом; цвета должны также реагировать друг на друга. Иначе получится какофония. Джаз — это ритм и чувства».