Эволюция технологий создания потустороннего в «Охотниках за привидениями»

1. Концепция 2. Лизун (Slimer) 3. Террор-псы (Terror Dogs) 4. Зефирный человек (Stay Puft Marshmallow Man) 5. Игон Спенглер. 6. Заключение 7. Источники

Фантастическое существо в кинематографе является сложным объектом, визуализация которого требует нарушения законов физики и уникальных технологических решений. Главная задача художника — создать образ, который сочетает в себе стереотипное представление о потустороннем мире и физическую убедительность в кадре. Кинофраншиза «Охотники за привидениями» может послужить полигоном для наблюдения за тем, как смена инструментов меняла визуальную «материальность» эктоплазматических сущностей. Актуальность исследования обусловлена необходимостью проследить переход индустрии от аналоговых комбинированных съемок к глубоким цифровым пайплайнам. Ранние методы 1984 года, реализованные VFX-супервайзером Ричардом Эдлундом, требовали обязательного присутствия монстров на площадке. Собаки Ужаса (Terror Dogs), Зефирный человек (Stay Puft Marshmallow Man) и Лизун (Slimer) создавались через контактные инструменты: покадровую анимацию Рэндалла Кука, поролоновые костюмы Билла Брайана и тросовую механику Стива Джонсона. Оптическая печать на принтере Compsy требовала реального взаимодействия материальных объектов со светом. Это обеспечивало им естественный визуальный вес, пусть и делая их структуру излишне телесной. Технологическим компромиссом послужили размытые, светящиеся края, которые стали визуальным маркером потустороннего.

Цифровая эпоха в фильмах 2016 и 2021 годов под руководством супервайзеров Пита Трэверса и Алессандро Онгаро перенесла работу в виртуальную среду. Традиционные накладки уступили место симуляциям в Houdini, деформациям тканей nCloth и объемному рендеру. Однако безграничная свобода CGI породила проблему потери визуальной массы. Цифровые существа рисковали превратиться в пластиковые, гладкие модели без физического веса. Чтобы вернуть им реалистичность, студии DNEG, MPC и Sony Pictures Imageworks разработали гибридные техники. Интеграция подкожных мышечных систем совмещалась с использованием LED-костюмов, светодиодных шаров и управляемых дронов на съемочной площадке. Это позволило зафиксировать реальные отсветы призраков на живых актерах и надежно связать графику со съемочным окружением через глубокий композитинг.

Для анализа отобраны три ключевых фильма франшизы: «Охотники за привидениями» (1984), «Охотники за привидениями» (2016) и «Охотники за привидениями: Наследники» (2021). Выбор обусловлен необходимостью сопоставить эволюцию идентичных образов (Собаки Ужаса, Лизун, Зефирный человек) для выявления закономерностей развития технологий. Исследование опирается на комплексный анализ источников, включая статьи и интервью профессионального издания Cinefex, брейкдауны студий и архивные технические документы.

Ярче всего компенсаторный механизм проявляется при сравнении культового Лизуна (Slimer, первоначально называвшегося Onionhead) из оригинальной дилогии и его современного преемника — Манчера (Muncher) из фильма «Охотники за привидениями: Наследники» (2021).

В 1984 году визуализация Лизуна, созданного под руководством VFX-супервайзера Ричарда Эдлунда, диктовалась исключительно утилитарными требованиями площадки. Изначально задуманный как сложная аниматронная фигура, из-за нехватки времени призрак воплотился в виде громоздкого костюма из вспененной резины (foam rubber) со спандексом, который носил кукловод Марк Уилсон. Призрак не парил в воздухе: ноги Уилсона просто драпировали черным бархатом, чтобы полностью скрыть их на фоне черного экрана.

Механика лица, разработанная Стивом Джонсоном и его командой, представляла собой сменные головы с тросовым управлением (для улыбки, испуга и питья), которые приводились в движение скрытыми за кадром кукловодами.

Чтобы заставить тело летать, оператор Нил Крепела переснимал статичные кадры с костюмом через оптический принтер Compsy, искусственно добавляя объекту динамику, вращения и траектории. Наличие скрытых кабелей управления, тянущихся по спине куклы, жестко ограничивало операторскую работу — призрака приходилось снимать преимущественно по пояс, чтобы скрыть техническую инфраструктуру. В 1989 году над спецэффектами сиквела уже работала студия ILM, однако технология осталась прежней — присутствие материального объекта.

В 2016 году под руководством VFX-супервайзера Пита Трэверса резиновые костюмы и провода уступили место полноценному цифровому формату, за создание которого отвечали студии Sony Pictures Imageworks (SPI) и MPC. Однако создатели не хотели, чтобы эффекты существовали изолированно от съемочного процесса, поэтому применили гибридную схему.

На съемочной площадке использовали реальную куклу Лизуна, обвешанную светодиодами (LED). У актеров были идеальные маркеры для направления взгляда, а свет от диодов падал на реальное окружение естественным образом, избавляя от необходимости искусственно врисовывать эти блики во время композитинга. Позже на этапе постпродакшена куклу полностью заменяли графикой.

Эффект призрачного свечения достигался закачкой миллионов частиц, создававших осязаемый биолюминесцентный шлейф. При этом избыточную гладкость CGI искусственно ломали процедурной грязью. Трэверс требовал, чтобы Лизун выдавал полярный веер эмоций: от радости до гнева, буквально внутри одного кадра.

Включение Манчера в данное исследование обусловлено его статусом прямого идеологического и технологического преемника Лизуна. Как отмечают художники фильма 2021 года, дизайн и функционал Манчера разрабатывались с осознанной целью создать современную визуальную отсылку к культовому призраку из оригинальной картины. Однако их преемственность не ограничивается лишь сюжетным амплуа «прожорливого существа».

Манчер создавался студией DNEG как полностью цифровая 3D-модель. Референсом для его грубой фактуры и визуального веса послужили микроскопические тихоходки. Однако идеальная компьютерная графика выбивалась из канона франшизы, лишая монстра осязаемой тяжести.

Чтобы вернуть образу достоверность, авторам пришлось осознанно сымитировать изъяны старых технологий. Имея в распоряжении абсолютно пластичную модель, VFX-супервайзер Шина Дуггал заставила аниматоров кадрировать и двигать виртуального Манчера так, словно это реальная механическая кукла из 80-х. Его перемещения искусственно лимитировали, снимая преимущественно по пояс — тем самым имитируя попытку скрыть за кадром несуществующие кабели и кукловодов. Одновременно с этим супервайзер Алессандро Онгаро намеренно урезал современный рендер прозрачности и свечения, чтобы воссоздать плоский вид аналогового оптического комбинирования.

В 1984 году визуализация Террор-псов (Terror Dogs) стала примером того, как законы физики и нехватка времени жестко диктовали визуальную грамматику. Воплотить сложную мышечную органику в одном объекте было невозможно, поэтому авторам пришлось пойти на компромисс и создать две версии Террор-псов: миниатюрную покадровую модель и полноразмерную аниматронику. Из-за сжатых сроков обе версии лепились параллельно в разных комнатах, при этом скульпторы постоянно сверяли каждую морщину, чтобы при монтаже элементы казались единым существом.