Прийт Пьярн - известный советский и эстонский художник, режиссер и сценарист анимационного кино, чьи работы получили особое признание у критиков и публики на различных престижных кинофестивалях. С 1976 года он работал художником-постановщиком и режиссером на киностудии Tallinnfilm, одной из значимых студий Советских республик. Его уникальный режиссерский язык, построенный на абсурдистском стилевом решении, стал отправной точкой в новом направлении анимации и повлиял на многие поколения современных авторских режиссеров. По-иному воспринимается абсурдизм в его работах в контексте Советского Союза, во времена, когда все сферы деятельности человека подвергались тотальной цензуре.
Абсурдизм, как явление, охватывающее различные социо-культурные направления в деятельности человека, возникло как рефлексия действительности, в которой осталось общество вследствие тоталитарных режимов и мировых войн. [3]
Обращение к абсурду в искусстве постмодернизма стало критическим инструментом. Через абсурд творцы обращаются к бытовым нелепостям, несостыковкам, противоречиям их окружающей действительности. Он выливается в черный юмор, через который творцы не критикуют, а скорее высмеивают абсурдность коллективных представлений. [2] Абсурдизм в данном контексте является защитным механизмом сознания, деконструирующим угнетающую реальность. А искусство выступает в качестве медиума, отражающего данное состояние.
Как пишет А. Деготь, расцвет абсурдизма в ХХ веке является обратной стороной репрессивного сталинского требования “смотреть на мир всесторонне” :
«[…] художники и поэты стали мыслить еще более абсурдно, чем того требовала власть.» [1]
В анимации ХХ века, как одном из направлений искусства, абсурдистские стилевые решения нашли свою уникальную форму. В творчестве Прийта Пярна, как основоположника данного направления, абсурдизм достигается посредством уникального визуального языка режиссера. В противовес “конвенционально правильной” анимации того времени, например Союзмультфильма, работы Прийта Пярна выглядят живыми, задорными и, как бы ни казалось странным, свободными. Свобода заключается не только в художественных и анимационных решениях, но и в обнажающем критическом взгляде обычного человека, живущего в советской действительности. Как пишет М. Терещенко, «пока его коллеги пытались нести „разумное, доброе, вечное“, Пярн последовательно девальвировал все ценности и идеалы.» [4]
Целью данного визуального исследования является выявление приемов Прийта Пярна, конструирующих абсурдистский стиль повествования, и рассмотрение их драматургической роли в своеобразном контексте периода, в котором работы были созданы. Для материала исследования были выбраны анимационные фильмы режиссера, созданные до даты распада Советского Союза — 1991 года.
Структура исследования разделяется по выявленным анимационным "приемам-конструкторам абсурда":
- НЕОЖИДАННОЕ ИЗМЕНЕНИЕ СВОЙСТВ - ОБЪЕКТЫ-ОБМАНКИ - МОРФИНГ - ДЕКОНСТРУКЦИЯ РЕАЛЬНОСТИ - ГРОТЕСКНЫЕ ОБРАЗЫ
НЕОЖИДАННОЕ ИЗМЕНЕНИЕ СВОЙСТВ
«Абсурдная работа восхищает потому, что противоположные смыслы сосуществуют в ней в не сведенном к нулю виде, что она достойна противоречивости самой реальности.» [1]
Анимационный мир в каждом фильме создается по своим законам и правилам. Как только законы начинают работать как-то по-иному, как еще до этого не работали, у зрителя возникает эффект неожиданности. Персонаж медведь внезапно снимает свое ухо как шляпу или же начинает неожиданным образом разворачиваться - все это работает в поле абсурдизма.
Свойства объектов могут меняться и через другие объекты, как это происходит с ушами зеленого медведя и флейтой. Уши персонажа выполняют функцию некого "магического посредника".
«Зеленый медвежонок», Прийт Пярн, 1978
Или же как это происходит в "Небылицах" - привычное поведение плывущей лодки по волнам вдруг необычным образом переворачивается из-за присутствующей преграды на пути. Или вдруг внезапно меняется само свойство воды - из текучего в твердое.
«Небылицы», Прийт Пярн, 1984
«Некоторые упражнения для самостоятельной жизни», Прийт Пярн, 1981
Эффект неожиданности усиливается благодаря повторению действий. Когда зритель ждет уже запрограммированного исхода событий, режиссер внезапно ломает эти ожидания. Например, в «Некоторых упражнениях для самостоятельной жизни», когда первый раз происходит столкновение головы героя с телевизором, и последний оказывается на удивление хрупче, чем обычно, при кадре с новым повтором столкновения ожидается такой же исход. Однако, вместо телевизора теперь разбивается голова героя, что деконструирует понимание привычных свойств объектов.
«Круглый ли земной шар?», Прийт Пярн, 1977
«Небылицы», Прийт Пярн, 1984
В фильме «Круглый ли земной шар?» обычный подземный переход вдруг становится ковром, который можно свернуть и унести. В "Небылицах" остров оказывается люком, в который можно провалиться. Или вдруг объекты начинают вести себя непривычным образом - ноги съедают лодку, борода выкуривается дымом.
Сами герои могут выступать в качестве "провокаторов" изменения мира, внезапно сдувая его или из него сбегая различными способами.
«Небылицы», Прийт Пярн, 1984
«Зеленый медвежонок», Прийт Пярн, 1978 / «Небылицы», Прийт Пярн, 1984
ОБЪЕКТЫ-ОБМАНКИ
На приеме использования объектов-обманок строится большая часть фильма "Небылицы". Благодаря им у зрителя ломается представление не столько о поведении объекта, сколько о его самой форме.
Это достигается путем перехода от крупности к общему плану, в котором объект перестает быть тем, каким казался раннее. Этот процесс как бы визуально интерпретирует выражение "посмотреть под другим углом".
«Небылицы», Прийт Пярн, 1984
Другой способ работает с созвучием форм объектов. Например, колпаки, складывающиеся в зонт; клюв, наделющейся функцией головного убора; божья коровка, внезапно возникающая из центра мишени; или колпак того же гнома, заимствующий форму пасти волка.
«Небылицы», Прийт Пярн, 1984
МОРФИНГ
